У зоны не женское лицо. И ничего не может быть противоестественнее, чем сочетание слов «осужденная женщина». И хотя Орджоникидзевский исправительный центр №79 далеко не похож на лагерь с бараками, а все больше на опрятный городок со строениями кирпичной кладки, все равно узницы не свободны. Они вынуждены жить по правилам внутреннего распорядка и в соответствии с исправительно-трудовым кодексом. Одним словом – подневольные. На днях мой журналистский путь снова пролег в эту обитель невольниц за женскими судьбами.

Убийство – как способ выжить

46-летняя Ирина Кудак из Луцка отбывает наказание по статье 116 Уголовного кодекса Украины – умышленное убийство, совершенное в состоянии аффекта: в новогоднюю ночь женщина задушила своего гражданского мужа Андрея. Статья предусматривает лишение свободы до пяти лет, родители же потерпевшего настаивали на 15 годах, судьи остановились на четырех годах лишения свободы.

В 40 лет Ирина Кудак разошлась с первым мужем, а годом позже сошлась с Андреем Харуком. Жили в доме, купленном на деньги Ирины. В гражданском браке женщина родила дочь, хотя жизнь не заладилась с первого дня.

– Андрей оказался предельно ревнивым и агрессивным человеком, – вспоминает Ирина. – День ото дня семейная атмосфера накалялась его придирчивостью буквально ко всему, и в ход, как правило, шли кулаки. Я пыталась говорить с мужем, искала причину ссор в нем и в себе. И терпела. Когда Андрей буйствовал, убегала к знакомым, поскольку родных у меня уже нет. Но понимая, что у каждого семья и свои проблемы, я снова возвращалась в свой дом. И снова попадала под мужнины кулаки. Синяки с моего тела практически никогда не сходили. Дошло до того, что он выбил мне зубы и разорвал рот, над раскаленной плитой пытался изувечить лицо, покалечил ухо. На голове волос практически не осталось – все «любимый» вырвал. А тех моментов, когда в меня летели ножи – и не пересчитать. Спасал только случай.

Ирина Кудак надеется, что после отбытия срока ее жизнь наладится

Андрей и не скрывал своих намерений искалечить жену, а когда она поднималась, говорил: «Тварь живучая!». Я читаю выводы судебно-медицинского эксперта после обследования тела Ирины Кудак, и «мурашки» по коже – живого места от следов колющих и режущих предметов нет! А сколько шрамов от ожогов! Не понимаю, как можно так себя не жалеть?

– Меня часто спрашивали, почему я с ним не разойдусь, – словно читает мои мысли Ирина. – Не раз просила Андрея уйти из моего дома и моей жизни, выгоняла, да только бил он окна, пытался сжечь дом и снова возвращался. Однажды я все-таки написала заявление в милицию. Андрея закрыли на три дня, а когда он вышел, то изуродовал руку, «которой писала то заявление». Поздно я поняла, что у Андрея были большие проблемы с психикой. А потом наступил тот роковой момент, когда после очередных издевательств я схватила рядом лежащий шнур и начала душить обидчика. Себя не чувствовала, помню только, что кричала: «Смотри как мне больно!». Удивляюсь, откуда силы взялись, ведь и сегодня покалеченными руками хлеб не могу нарезать. Я опомнилась, только когда Андрей посинел. О том, что задушила мужа, рассказала соседям, они и вызвали правоохранителей и «скорую». Вот так случилось в моей жизни, что спасение – в убийстве.

Вместе они прожили три года. Сейчас их дочери Илонке почти пять лет. Будут ли мать и дочь вместе, ведь Ирину пытались лишить родительских прав? Пока шло следствие и женщина сидела в СИЗО, девочку отдали под опеку чужим людям. Находясь в Орджоникидзе, Ирина Кудак ничего не знала об Илоне: где она, с кем. Только благодаря начальнику исправительного центра Инне Мицюк у осужденной теперь есть возможность в телефонном режиме общаться с дочерью. Хотя опекуны и против…

– Отблагодарить Инну Ивановну я могу только добрым словом, – говорит Ирина. – Поблагодарите ее через газету, да и пусть читатели знают, что для искалеченных судьбой «зэчек» администрация исправительного центра делает многое.

В июле 2015 года история семейной жизни Ирины Кудак «прогремела» на всю Украину – о ней рассказала передача «Стосується кожного». Передача получила множество различных отзывов. Одни не понимали Ирину, допустившую, что ее дочь не раз становилась свидетелем родительских скандалов и надругательств над матерью. Другие жалели женщину, понимая ее бессилие в борьбе с мужем-тираном и бесправность в существующем законодательстве. Но те и другие делали выводы для себя. А пока Ирине осталось находиться «за колючей проволокой» два с половиной года.

Продолжение в следующем номере.

НАТАЛЬЯ РАЗУВАЕВА

Статья предоставлена лучшей газетой Никополя — "Проспект Трубников". Подписывайтесь на газету в специальном разделе нашего портала -"ПОДПИСКА", а также во всех почтовых отделениях. Свежий номер "Проспекта" Вы сможете приобрести в точках продажи прессы.